Недавно, когда мы обсуждали материалы, связанные с Холокостом, я вспомнил свой рассказ «Хася», опубликованный  на литературном портале «Остров Андерс».   

Мою героиню в рассказе, как и ее прототип, зовут Хася.

История, описанная в рассказе, основана на реальных событиях. 

Хася и ее семья сумели избежать газовой камеры,  расстрельного рва, но война прошла по ним смертельным катком.

Из семьи из 4 х человек выжила она одна.

И вот что произошло дальше: человек, прошедший через круги ада, оказался беспомощным перед комфортом и достатком. Предлагаю рассказ «Хася» вниманию уважаемых читателей, а выводы — дело индивидуальное.

—————————————————————————————————————————-

ХАСЯ 

Эта квартира понравилась мне сразу. Наконец-то, после всех чердаков и коммуналок я могу снять что-то
приличное. Просторная, с большим балконом, с видом на гору Кармель, на черепичные крыши,
украшенные солнечными бойлерами, на равнодушное Средиземное море.
Что еще надо?
И хозяйка понравилась: моложавая, невысокая, подтянутая, по-европейски элегантная, не скрывающая
седину, но явно гордящаяся ею.
« Наверно, мамина ровесница» - подумал я и, как выяснилось, в дальнейшем, не ошибся.
- Меня зовут Хася, -представилась хозяйка.
- Очень приятно, Борис. Представляете, мою бабушку тоже звали Хася.
Переговоры об условиях аренды : сколько платить, когда и как, где, кто работает и т.д. продвигались
успешно, как вдруг натолкнулись на непредвиденное препятствие.
- И еще я хочу 10 тысяч долларов залог, как бы между делом, заявила Хася.
- ??!!! Хася, но почему так много?!
- Но ведь я вас совсем не знаю, а должна доверить недвижимость, стоящую 200 тысяч долларов. У нас нет
даже общих знакомых, кто бы мог за вас поручиться. Кто такой Амоц, ваш бывший шеф? Его я тоже не
знаю.
- Ну наверняка у нас есть общие знакомые, -я уцепился за соломинку. Все люди на земле знакомы друг с
другом через по цепочке максимум из 6 человек.
- Это как так?
- Ну например, сколько, по - вашему, человек между мной и президентом Клинтоном?
- Не знаю, наверно, очень много.
- Отнюдь. Я был знаком с Нудельманом, тогда еще не депутатом, Нудельман знаком с Нетаниягу, Нетаниягу с Клинтоном. Всего 2. А до Сталина, например, вообще один человек, мой бывший директор
завода.
- И правда, а ведь я в молодости, в армии, была знакома с Рабиным, тогда он еще был простой офицер.
Значит, у меня с Клинтоном есть общие знакомые?
- Ну, вот видите, раз есть общие знакомые с Клинтоном, наверняка, если копнуть, найдутся и со мной.
Долго копать не пришлось.
- Раанан? Конечно, я его хорошо знаю. Учился сначала у него на курсах IBM, теперь все время встречаю
его в бассейне. Как-то даже вместе ходили на курсы испанского.
- Раанан друг детства моего сына, Лиора. Лиор тоже как-то учился на тех же курсах. Лиор делал докторат
по физике, надо было найти работу на что-нибудь на полставки, и Раанан помог ему найти работу.
Кстати, эта квартира Лиора, а не моя.
- А где Лиор сейчас?
- Он с семьей живет в Ванкувере, преподает в университете.

Заступничество Раанана «скостило» залог ровно вдвое.
*****
Первое время Хася лично приходила ежемесячно за чеком, дабы удостовериться, что недвижимость
ценой в 200 тысячи долларов в полном порядке, затем сменила гнев на милость и стала приглашать к
себе, совмещая приятное с полезным, получение чека с беседами за чашкой кофе, благо жила в соседнем
доме.
Оказалось, что она вполне прилично понимала и изъяснялась по-русски.
- Хася, вы давно в Израиле?
- Давно, еще с 47 года, моя семья родом из Кракова.
- А русский откуда знаете?
- Перед войной нам удалось убежать в Россию, и мы все войну жили в Казахстане, в маленьком городке.
Это все папа. У него всегда было много друзей, и один поляк, он разводил свиней, представляете, помог
нам уехать. В таком маленьком грузовичке, где он возил корм. А в Казахстане нас спас другой папин друг,
он был из русских немцев. Нас поселили в такой барак, очень холодный, ничего не было, даже печки. И
этот немец где-то раздобыл для нас маленькую буржуйскую печь.
- «Буржуйку»?
- Да, ее так называли. И топили чем придется: то обрезками досок, то верблюжьей какашкой. Очень
тяжело было, я не все помню, мне тогда только 10 лет было. Если бы не папа, мы бы все погибли. Папа
говорил по-польски, по-немецки очень хорошо, лучше того немца, по-русски, на идиш, конечно. И всегда
у него были друзья. И мы все в Казахстане выжили. И даже школа была. Маленькая, но очень хорошие
учителя. Было так интересно учиться...
- Наверно, ссыльные?
- Наверно. Я не все знаю. Но, дай Б-г, чтобы у моих внуков в Канаде были бы такие учителя.
А после войны вернулись в Польшу и мама с братиком вскоре умерли. И мы с папой уехали в Эрец
Исраэль. До войны за Независимость.
Мы еще на Кипре в каких-то лагерях жили. Англичане не пускали, но папа опять нашел друзей, и нам
помогли. Мы сначала в кибуце Дан поселились. Знаете, где это?
- Конечно, я жил в Дафне, это рядом. Близко до Голанских высот, там очень красиво.
- Да. Там очень красиво. Мы работали на плантациях, а сирийцы иногда стреляли.
А когда началась война, в 48 году, папа умер, а я пошла в армию. Вот посмотрите это фото.
На старой фотографии были изображены совсем молодые ребята, парни и девушки. Лицо одного
офицера показалось знакомым.
- Да, это Рабин. Ицхак, еще совсем молодой. А это я, вот с краю, с большим ружьем. Не узнали?
- Да, если присмотреться...А что, вам дали русскую винтовку системы Мосина?
- Ой, уж не припомню. Были самые разные ружья, русские и чешские, немецкие и английские. Своих
ружей еще не было. Мне дали это большое ружье, каждый раз надо было дергать за такую ручку. Но я так
и не научилась. Даже в мишень ни разу не попала.
- А что вы в армии делали?
- Что придется, и варила, и санитарам помогала. А стрелять совсем не умею.
- Да, и вооружены были как придется, и стрелять толком не умели. А ведь все равно победили.
- Пришлось, очень хотели, не было выбора.
(По телевизору как раз показывали, как под улюлюканье арабов выходил из Ливана вооруженный до
коренных зубов ЦАХАЛ. Припав к проволочным заграждениям, какая-то женщина из движения
«Четырех матерей» истерически кричала на английском с характерным израильским акцентом :
"We want peace with you, we want peace" , "peace", "peace" ...С другой стороны забора, на английском, тоже
лишенном оксфордского изящества, раздавалось: "We kill you all ! We fuck you all !")
- Хотите еще посмотреть этот эти альбомы?
- Да, конечно, очень интересно.- Это мой муж, благословенна память его. Я вышла замуж после войны и уехала из кибуца в Хайфу. Мой
муж работал в Электрической Компании, он закончил Технион еще до войны и был инженером. И я всю
жизнь до пенсии проработала в Электрической компании.
- Вы тоже электрик?
- Нет, я была просто служащей, принимала платежи. А это вот мой тесть.
- Свекор, Хася. «Тесть» у мужчины, у женщины «свекор»
- Этот ваш русский. Зачем два слова? В иврите одно и то же слово , и папа мужа, и папа жены.
- Не расстраивайтесь, я тоже «деверя» с «шуриным» путаю.
- Это вот мой, свекор, он тоже в Электрической Компании работал. Вот он тут с самим Рутенбергом,
нашим первым директором. Слышали про Рутенберга?
- А как же, Пинхас Рутенберг, он же Петр при более близком рассмотрении. Бывший путиловский
инженер, эсер, участник революции 1905 года, убийца попа Гапона. Конечно, слышал. Очень интересная личность.
- А это мы уже с двумя детьми. Это Лиор маленький, а это вторая дочка, Далия, еще в коляске. Я хотела
назвать сына в честь папы, Брониславом, но муж сказал, что никаких «славов», только ивритские имена.
- А где сейчас Далия?
- В Оттаве, летом у нее уже третий ребенок родился, девочка. У нее квартира в Тель Авиве, сейчас там
тоже живут «олим», они из Украины, большая семья. Совсем плохо говорят на иврите. Это я с ними
разговорилась, а то совсем русский забыла. Мой муж очень радовался, когда приезжали новые «олим».
Он был настоящим сионистом,...
- А тут Лиор в армии, на войне Судного Дня. Он был десантник, офицер, его сам Рафуль (*) знал и
уважал....
*****
Идиллию наших с Хасей отношений прервал звонок из банка. Прокуренный голос банковской служащей
сообщил мне, что пора жить по-экономней.
Прощай балкон с видом на черепичные крыши и море!
Хасю как подменили. Перспектива, что снова придется искать надежную кандидатуру на пользование
недвижимостью стоимостью в 200 тысяч долларов, ее явно расстроила.
Придирчиво рассматривая сделанный мною собственноручно ремонт «за выездом», Хася вдруг
побледнела от ужаса. Мне даже показалось, что ей привиделся то ли эсесовец с «парабеллумом» на
изготовку, то ли нквдешник с «ТТ».
- Формайка! Тут отошла формайка! - трясущимися губами пробормотала Хася, глядя на стенной шкаф.
- Хася! Но ведь этому шкафу сорок лет в обед. И потом, за эти два года я вам заплатил больше 100 тысяч
шекелей. Неужели это не покрывает такой убыток?
- Ничего не знаю! Пока не почините шкаф, залог не верну.
Ремонт дверцы обошелся мне в арабской столярке в 30 «шакалов». Хасю я больше не видел.
*****
Несколько лет спустя я сауне я встретил Раанана.
Сидя в предбаннике, он вещал хорошо поставленным голосом. « Акции Тева - вот что нужно покупать! Я
купил совсем небольшой пакет, всего 60 тысяч шекелей, а через два месяца продал за 96 тысяч!» Затем ,
не сменив передачу и даже не притормозив, Раанан перешел к другой сделке. «Моей жене дали на работе
купоны на скидку в ресторан «Ютвата». Такой завтрак, омлет,три салата, сыр , кофе, круассоны, - всего
заплатили по 10 шекелей!»
Увидев меня, Раанан снова сменил тему, и даже язык
- Hola! Que tal?
- Hola! Todo es bueno. Que nuevo?
Исчерпав запасы испанского, Раанан вернулся к ивриту.
- Как раз хотел тебя спросить, что такое по - русски «Копмобо»?
- «Копмобо»? Нет такого слова. Где ты его взял?
- Я был с семьей на острове Родос, и мы плавали там на необыкновенном корабле. Он не плывет, а как
будто летит над водой. И салон похож на самолетный. А сбоку я видел табличку, почему-то на русском. Я
не умею читать по - русски, но буквы похожи на английские, и все время было слово «Копмобо».
- Сам ты «Копмобо»! Сормово! Вот что там было написано. Сормовский судостроительный завод.
- Сормово? А это где?
- На Волге. Это река такая. Город Нижний Новгород или Горький, слышал ?
- Город? Нет, не знаю, а про реку, наверно, слышал. Это в России? Это что, там делают такие корабли?
- А где, ты думал, их делают?
- В Америке, конечно. Да, ты знаешь, что Хася умерла?
- Нет, а когда?
- В конце прошлого года. С ней случился инсульт и она целый год лежала парализованной.
- Кошмар какой! И как же она была весь этот год? Она ведь жила совсем одна?
- Ну, тут все было в порядке. Лиор и Далия наняли двух филиппинок.- с гордостью за друзей сказал
Раанан.
- Как такое с ней случилось, она ведь так за собой следила?
- Она вложила два с половиной миллиона шекелей в облигации, привязанные к доллару. А доллар упал.
Когда пришел отчет, тут ей и стало плохо. Ты представляешь, какие это убытки?! Понимаешь?!
Я не понял.. Наверное, мы говорили на разных языках.
----------------------------------------------------------------------------
(*) Рафуль - Рафаэль Эйтан, 1929 - 2004, выдающийся израильский военоначальник и политический
деятель.