Не оправдал/а ожиданий.

Сколько трагедий из-за этого в жизни!

Человек ожидает одного, а получает другое. Ему недосуг в это другое всмотреться, прочувствовать. Он разочарован.

Есть ли способ не разочаровываться?

Конечно.

Не выстраивать ожиданий, не «очаровываться» заранее.

«Если я тебя придумала, стань таким, как я хочу» — пелось в старой женской песенке. Та женщина так и не выросла. Только ребёнок ждёт, что всё будет так, как он хочет.

Взрослый умеет видеть мир другого человека, принимать его. Даже, если ему что-то не нравится. Другой имеет право оставаться собой. 

Последнее время мы часто сталкиваемся с тем, что мир разный и показывает нам такие свои лики, которые мы не готовы увидеть. Толерантность стала чуть ли не ругательным словом.

Выставка показывает нам разную Хайфу, разный Израиль.

Не только тот, каким его придумали себе мы. А каким он может быть, каким его видят другие, те, с кем рядом мы живём в многоликой, мультикультурной стране.

Почему с этих размышлений начинаю рассказ о выставке?

Потому что уже много раз услышала про «ужас», «мой внук лучше рисует», «вот Рембранд — художник, а нынешние, ну куда им».

Люди демонстрируют своё категорическое непринятие современного искусства и, заодно, незнание еврейских традиций.

Ждать в музее, где выставлены картины израильских художников, изображений, «как у Рембрандта», наивно, по меньшей мере. Конечно, портрет старика-еврея у Рембрандта – один из признанных мировых шедевров! Интересно, Эрмитаж вернул в название картины слово «еврей»? Одно время картина называлась просто «Старик». Но не будем отвлекаться.

Рембрандт мог себе позволить изобразить еврея, а еврей – не может.

Хотя один из залов выставки так и называется «Социальный портрет» и там есть изображения людей. Особенно много женских портретов.

 

 

Но не портреты там главное, а атмосфера города, этапы его истории.

Какая чудесная зарисовка — портрет Хайфы. Тут тебе море и ветер. И бело-голубой цвет Израиля.

 

Эта картина называется «Вид на море». Да, квартира с видом на море может быть и такой. Очень остроумно и здорово! И это тоже — Хайфа

Мне кажется, я смогла почувствовать идею кураторов выставки. Это ведь выставка юбилейная, к 70-летию музея. На таких обычно можно увидеть то, что не выставляется в постоянной экспозиции. И, уж всяко, концепция выставки выдержана до последнего.

Как считают сами организаторы — выставка направлена на расшифровку идентичности Художественного музея Хайфы посредством изучения его коллекций.

Пожалуй, главное здесь – изучение.

Когда знаешь, что инсталляция в центре зала – не просто набор кусочков ковролина, а изображение первого мошава в Изреэльской долине, основанного ещё в 1921-м году, и построенного по проекту архитектора Рихарда Кауфмана, хочется вглядеться, ощутить эпоху, почувствовать Израиль – как он возникал, создавался, что предшествовало.

 

 

Эта идея концентрических кругов: общественные здания в центре, вокруг них — них жилые, затем — хозяйственные постройки и, наконец, поля и сады – стала образцом для многочисленных сельскохозяйственным поселений в Палестине, построенных самим Кауфманом и другими архитекторами.

Это портрет страны, в которой мы живём, её история.

Мошав возник ещё д о основания Израиля и был одним из центров сионистской деятельности.

Один из основателей Нахалаля, Элиэзер Йоффе, сформулировал основные принципы, на которых должно быть основано его существование: национальная собственность на землю, самостоятельный труд, взаимопомощь, централизация торговых сделок и иврит в качестве языка общения.

Основатели Нахалаля в первые годы его существования занимались осушением малярийных болот Изреельской долины, готовя земли для будущего еврейского заселения.

Я наблюдала за посетителями и видела, как некоторые из них обмениваются впечатлениями от увиденного, обсуждают, а некоторые, едва взглянув и пожав плечами, проходят мимо – им непонятно.

Значит – надо изучать, узнавать, чтобы непонятное стало понятным.

26 июня состоится экскурсия по выставке на русском языке. Если вы хотите лучше понять идею организаторов, не упустите такую возможность.

Я воспользовалась шансом пройтись по пустым залом и сделать фото.

Но с радостью пойду на экскурсию. Проверить свои ощущения, сверить свои идеи с задумкой кураторов.

Вот это фото даже не хотела выставлять.

Потому что на фото легко читается силуэт. А на картине его ещё надо увидеть!

Зато атмосфера: вода, дымка, туман, морок – это картина передаёт отлично! Фото не в состоянии. И сама картина гораздо ярче, сочнее.

И, конечно – пейзажи.

В Израиле изображение ландшафта является ведь и политическим: он имеет значение для вопросов принадлежности, идентификации, национальной и религиозной борьбы.

Пейзажи – один из самых распространённых жанров в истории израильского искусства. Рассматривать их можно бесконечно. И удивляться, как, иногда, ограниченными средствами художники умеют вызвать целую гамму чувств.

Здесь использовано всего несколько красок. На какая глубина пейзажа.

 

А здесь, вообще – простой карандаш по бумаге!

Потрясающая работа! Вы видите, какой глубокий пейзаж? И атмосферный. Согласны?

Я сознательно не пишу названий картин и имён художников. Со ними вы познакомитесь на выставке.

Есть ли что-то более израильское, чем вот эта небольшая и такая незатейливая картина?

А ведь в ней огромный смысл, часть истории! Хоть делай визитной карточкой страны — как в пустыне вырос сад! Не вырос — вырастили, создали! Огромным трудом!

И да, это не фото — холст и масло. Если вам интересно.

Несомненным достоинством выставки является её интерактивная часть.

Где посетителям предлагается самим создать свой добрый город.

Какие цвета вы захотите использовать? Чем наполните свой город? Очень важно и актуально, по-моему.

 

И немного о соцреализме.

Увидев издалека эту картину, я аж вздрогнула.

Удивилась, что здесь делает картина Владимира Шульженко. Из тех, что не увидишь в школьных учебниках, конечно. Да и не всякий музей решится показать такую картину страны.

Но я ошиблась, это картина израильского художника и на ней изображены безработные.

Да, художники того времени, 1950-х годов, считали, что искусство играет социальную роль, и стремились продвигать социалистические идеи.

Они изображали человеческие фигуры, показывая те трудности, с которыми столкнулся Израиль в первые годы своего существования: поглощение иммигрантов из восточных стран, опустошенные палестинские деревни, жесткая экономия и безработица.

Это художественное направление закрепилось в одном городе Израиля и его неофициальном названии: Красная Хайфа.

На картине — отец художника Абеда Абди, он изображен на фоне убегающих из Хайфы арабов. Семья художника изображена рядом. Они три года прожили в лагере беженцев в Ливии и часть семьи смогла вернуться в Хайфу в соответствии с законом о воссоединении семей, а часть нет. Бабушка и дедушка художника не смогли вернуться, равно как и старшая сестра художника, которая к моменту возвращения успела выйти замуж. Она умерла в прошлом году, всю жизнь прожив в лагере беженцев. Для художника это болезненная история. Рядом с картинами в музее имеется небольшой текст с возможностью прослушивания аудиогида на русском

 

Если вы спросите меня, идти ли на выставку — идти.

Но надо понимать, это не прогулка между делом. Выставка потребует от вас интеллектуальных усилий, желания увидеть, почувствовать атмосферу страны на разных этапах её развития.

Для меня важное впечатление – многоликость.

Многоликость Хайфы, многоликость Израиля, многоликость жизни.

Благодарю организаторов выставки!

Шаг за шагом — изучаем страну и её культуру.

Ваша Елена Горовая